• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: фанфы (список заголовков)
23:39 

"Аргентинский Христос"

"Аргентинский Христос" не распятый
Наблюдает казнь из окна,
Причащать привык сорок пятым
И глоточком живого вина.

"Аргентинский Христос" не врачует -
Умерщвлять полагается плоть.
Бога любит, и рабски любит,
Корчась под его сапогом.

"Аргентинский Христос" столбами
Обернул расстрельными крест.
Вместо хлеба в руке таил камень,
Умерев, ясно, тут же воскрес.

И, как идолища, повсюду
Полыхают глаза огнём.
На окрашенных кровью стенах
Да святится имя твоё.

@темы: стихи, фанфы, чердаки и подвалы

23:41 

Царь и змеёныш

Царь и змеёныш

Южная ночь, словно крышку, захлопнуло небо, чёрное, беззвёздное. Корабль развернулся, послушный и Жуаноту, шёл в ночь. Все положенные бесполезные угрозы были произнесены, Хассан вернулся к капитану, команда сгрудилась у мачты, пришибленная, и, словно мало этого, тревожимая мрачной поступью песни. Было страшно посмотреть на это небо, казалось, что оттуда посмотрит кто-то в ответ и прозвенит ключами. От трюма? От кандалов?
читать дальше

@темы: фанфы, чердаки и подвалы

00:36 

No estem sols

No estem sols

За тучами было солнце. Было, раз светлело небо. Оно замерло перед атакой. Или кто-то в небе.

Говорят "ясно как днём", но уже всё было ясно, в этом безвременьи. Замолкло последнее слово, все ждали одного.

- Почему мы не идём к ним?
- Я ненавижу её. Их.
- Но за что? Я всегда с тобой, но... за что?

Кто-то в небе обнажил клинок.
- Иди. В них уже не будет ненависти, в их глазах загорается рассвет. А в твоих останется только отражение луны, если не пойдёшь. Иди!

читать дальше

@темы: фанфы, чердаки и подвалы

20:28 

Плач

Это о Кубе. Об одной семье.

Плач

Там не будет,
На стенах твоей крови не будет,
Пуль, застрявших в стенах, не будет,
На руках твою смерть не качать мне.
Там ты станешь
Своим детям рассветом и светом,
Солнцем, морем и песней не спетой,
Они любят тебя, не зная.

Там не будет
Кроме страха, ничего больше,
Кроме холода, ничего больше.
Но ты помни, что я осталась,
Я осталась,
Милый, вместе с тобой рассветом,
Солнцем, морем и песней не спетой,
Хоть и не лежать с тобой рядом.

Я останусь,
В тёмном парке лежать останусь
Под крестом от сына в подарок,
Ну, а ты постой со мной, милый,
Только помни —
Я лежу там, в песке позабыта,
На груди твоей, пулей пробитой,
Я с тобою осталась, помни.

_ _ _ _ _ _

Команданте,
Ты остался в речах и песнях,
Говорят, взгляд твой прям и честен,
Только болью чужой он полный.
Знай, что где-то
Теплотою, рассветом и светом,
Солнцем, морем и песней не спетой
Не тебя будут дети помнить.


@темы: чердаки и подвалы, фанфы, стихи, us two

00:35 

Эпилог

Эпилог

В машине Лала тут же схватилась за телефон. Агенту пришлось изрядно постараться, чтобы убедить её - ни вчера, ни сегодня посетителей у него не было, и да, звонков тоже.
- Он не был в страховой. Но теперь точно туда отправится!..
- Нет, - стёкла очков Тере словно специально подобраны точь-в-точь под цвет глаз, - они не пойдут в страховую. И не собирались. А ты молись, чтобы твой агент, привыкший к твоим истерикам, пропустил и эту мимо ушей и не позвонил моему, иначе...
читать дальше


@темы: чердаки и подвалы, фанфы, кино

21:06 

Танго

– …А теперь она хочет, чтобы я сыграл Шопена. Вот какой из меня..?
– Шопен из тебя точно такой же, как, – Сбаралья замолк, собирая всеобщее внимание, и невинно добавил – Че.
– А Че я всё равно сыграю!
– Само собой, дети любят – новая пауза-восклицательный знак – героев.
– А ну, мудрый тридцатилетний старец, не лезь, – Эчерра знал, что сам влез не к месту, но бесполезные бодания были прекращены, так что он просто плюнул на тщетные попытки и отдал седую прядь на растерзание давно нетерпеливо топтавшейся рядом гримёрше. Она тоже, кстати, думала, что лучше её оставить, но Марсело считал, что это история про двоих, а не желаешь мучаться – покрасить и дело с концом. Много он понимает в мучениях.
И он не вполне был уверен, что Сбаралья вышел, когда зачем-то принялся объяснять:
– И ты не лезь. Он, ну, не то чтобы… Но тараканы в голове есть. Но он не сумасшедший. – Это прозвучало странно знакомо, когда он понял, отчего, то почему-то рассердился.
читать дальше


@темы: кино, музыка, фанфы, чердаки и подвалы

21:56 

Моб для авторов

Утащила у Laerta820 флешмоб для авторов. Хорошая тренировка, как по мне.

Суть: есть список эмоций и чувств, вы даёте мне персонажа(-ей) и эмоцию или чувство к ним. Я с помощью нескольких фраз, исключающих прямую речь, должна выразить эти эмоции в исполнении этих персонажей.

Список чувств и эмоций:
1. Азарт
2. Безмятежность
3. Безразличие
4. Беспомощность
читать дальше

И вот первое задание от Blowing...Wind: вдохновение (8) Родиона Романовича Раскольникова.

Вдохновение Родиона Романовича

И второе задание от Blowing...Wind: нежность Сони Мармеладовой.

Нежность Сони Мармеладовой
запись создана: 15.05.2016 в 19:54

@темы: чердаки и подвалы, фанфы, не потерять бы эстафетную палочку)), книги

21:25 

Viva la. Cuba

Ответ к песне Адриана и Александра "Viva la. Cuba". На её же мотив.

Viva la. Cuba

Viva la. Cuba, скажи, случится ли чудо,
Когда он выйдет под вечер
На твой песчаный перрон?
Viva la Cuba. Ведь он уже не отсюда,
В бокале плещется утро,
а будет добрым оно?

Я знаю, только закрыть глаза —
И можно двигаться на раз-два,
Тут всё знакомо, тут родной кровью
Мечены все слова.

Только рассвет далёк,
Из моря он золотит песок,
Не подыхает закат, между высотками виден.
Он здесь свободен и робок,
И вместо бетона — море.
Viva la Cuba. Адьос, команданте Че.


@темы: us two, стихи, фанфы, чердаки и подвалы

20:11 

Много ли значат цвета?

Много ли значат цвета?

Чёрный брат - звёзды, стихи
И чёрная кровь между пальцев.
Синий - дохлые крабы в ведёрке,
Закрытые двери.
Ну, а Коричневый - лучше бегите-ка, братцы.
В то, что это семья, никто не поверит.

Дикой отравой осиного тонкого жала
Кровь разлилась синим, болью и просто кровью.
Разве один был наделён любовью,
Но это - смерть в западне, это таить и прятать.

Всех звал Зелёный тихо, но он ли один - привиденье?
Каждый живой среди белого шума - не призрак?
Плещется вкусом, болью и кровью искренность,
Тонет в осином жужжании воспалённо-рубиновом.

Сбитости слов позавидует пляска цвета.
Чёрный, Синий, Коричневый. Белая, ты ли это?
Всё зачеркнуть шоколадом красным и летом,
Морем раскрашенным в вяжущий запах индиго.


@темы: книги, стихи, фанфы, чердаки и подвалы

21:35 

...одинокая во поле былинушка...

...одинокая во поле былинушка...

Пётр Степанович сидел у окна сырой комнатёнки во втором этаже разваливающегося придорожного трактира. Дождь разразился страшный, извозчик вернулся в город, а здешние пока запрягут... Всё то же, везде одно и то же. Пётр Степанович раздражился бы, но не мог оторвать взгляда от рвавшегося внутрь дождя, да ковырял ножом что-то малосъедобное в тарелке. Никогда он не был привередой, но пихать в себя что-то, когда в ушах отдавался выстрел, а струйки на стекле складывались в прозрачные от стадного ужаса глаза и белые губы, было решительно невозможно.

Ставрогин вошёл как к себе домой, небрежно уронил на стол вымокшую шляпу и, рассмеявшись вытянувшемуся лицу Верховенского, заговорил. Это всё было так поразительно и просто, что Петруша снова заслушался и засмотрелся, как дурак, слов не разбирая, несмотря на всё разочарование.
Но пятёрка была разбита, бестолковое, глупое стадо носилось, налетая на сторожевых овчарок и грозясь и его столкнуть к ним, обезумев от не связавшей крови, и всё из-за этого барчука. Пётр Степанович равнодушно окинул глазами Ставрогина и отвернулся к залитому ледяной водой стеклу, не слушая больше холодных ядовитых слов.

- Ууу... Уродился я на свет неухоженный... ууу... - диковато-весело разнеслось по комнате. Верховенский обернулся, как ужаленный, впиваясь взглядом в Ставрогина, выводящего старательно, надвигаясь и подминая под себя злым смеющимся взглядом, странную старую песенку. Даже рядом с Кирилловым в последнюю ночь, Верховенский не испытывал такого холодного отчаянного ужаса.
- Сирота я, сирота, сироти-инушка... - нелепо красивое лицо-маска улыбалось, нелепо красивый голос-маска, режущая мелодия, гвоздящая, калёным железом прижигающая.

Верховенский тихо подошёл, сжимая в руке грязный нож.

- Да неужто посмеете? - расхохотался Ставрогин.
- Посмею. Я, - Верховенский странно вздохнул, будто не сразу получилось, - Шатова убил. Кириллов, - голос его стал тонок и отрешён, он замолк на секунду, - при мне пулю в лоб пустил, а не хотел. Так я бы сам тогда... я всё теперь смею.

Повисла тишина, а руки всё не решался поднять Пётр Степанович, сам себя не понимая и почти себя не слыша от ярости. Ставрогин властно прикрикнул:

- Ну!

И понял, что всё погибло - белые почти глаза Верховенского стремительно потеплели, в них вдруг мелькнуло какое-то подозрение, недоверие, огорошенность, и, наконец, тёмное, радостное понимание.

- Ну! - на этот раз вышло хрипло и умоляюще почти.

- А знаете, я себе ещё Ивана-Царевича найду, мало вас бродит, что ли, - знакомые слова-зёрнушки легко слетали с языка. - А вы оставайтесь. Или со мной, хотите со мной, Ставрогин? Ну не сверкайте глазами, я и адресок черкну? - Верховенский ласково рассмеялся, закидывая нож куда-то в угол, словно играясь. Да он и играл, но не с этой железкой, а с тем круговертом чёрте чего в глазах Ставрогина. Однако, это ему наскучило быстро. Собрав шляпу и пальто, деловито простился, сославшись на ожидающую внизу коляску, тихо и быстро исчез.

Через минуту коляска проскрипела под окном.


@темы: книги, фанфы, чердаки и подвалы

21:19 

Кто сказал..?

Кто сказал..?

Этим телом теперь нельзя торгануть. Ни выгодно, никак.
Пометавшись по тёмной и глухой камере несколько дней в и потерявшись, наконец, в пространстве до головокружения, до полного непонимания, открыты или закрыты глаза, тело упало.
После плотной, довольно-таки знакомой блестящими глазами и смелыми руками, толпы тело пришло в негодность и было оставлено в темноте и тишине.

Было тихо. Мира больше не могло быть. Можно было не сомневаться только в существовании стены, покрывающейся иногда испариной бессильной кого-то напитать влаги. Поначалу тело помнило, что это случалось два раза в день из-за разницы температур. Потом уже нет.

Было тихо. Камни стены потеряли вкус. И даже язык не царапали. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда где-то в темноте начал стучать молот. Ледяной злобный сквозняк теперь приносил откуда-то слишком знакомый голос. Но если дышать громко, с силой хрипя в камни, то можно было не слышать.

Так что когда он пришёл, было не очень тихо. Из темноты он появлялся странно весь, и виден был до мелочей, даже поцарапанный набалдашник трости. Хотелось спросить, кто он? Он то исчезал, то возникал перед самыми глазами, кажется, что-то и говорил, но не разобрать. Глаза бесцельно пялились в темноту, дико выкатываясь, когда он склонился над ней вновь.

- Кто сказал...

Память сверкнула последним лучом света за дверью и исчезла.


@темы: чердаки и подвалы, фанфы

12:59 

Да будь ты

Это так красиво

Это так красиво - воздух весь из стёкол,
Крови и железа, и вода наверх.
Это так красиво. Он теперь свободен,
Он теперь не грозен, он идёт в рассвет.

Это так красиво. Рядом с ним профессор,
Он теперь не слышит и тогда был глух.
Он выходит первый, Кармен за ним следом,
Их зовёт Кончита и спешащий дух.

Это так красиво - по камням и стёклам
Бродишь ты неслышно, трогая огонь.
Призраки уходят в предрассветный морок,
Ты глядишь всё мимо. А в глазах "не тронь".

Это так красиво - призраки уходят.
Им уже не важно, что Хасинто был.
Это так красиво - ты теперь свободен.
Ты уже не помнишь, что когда-то жил.


@темы: стихи, фанфы, кино, черлдаки и подвалы

00:09 

Latido

"Intacto", первый фильм у Сбаральи после "Plata quemada". Там ходит живая удача, ну, да я как-то отдельно о нём скажу. А пока вот так. мдя))





Latido

Глупый мальчик, беги за своей удачей.
Она у тебя слепая,
Развратно касается губ пальцами
И смеётся над зрячими.

И когда ты, пьян от её поцелуя,
Решишь, что ты - царь и бог,
Она за дерево встанет, от боли морщась, но всё же ликуя,
И землю вышибет из-под ног.

И будешь лежать, истекая кровью,
Понимая, кто ты - никто.
А она на мшелой коре дыханьем загнанным
Вырежет имя твоё

И вернётся. Котёнком грустным, усталым
Потрётся о ноги - вставай.
Вот без меня остался - и кто ты?
Ноль. Ты - никто без меня.

Она - слепая. Она на запах
Ищет тебя, на вкус.
Она ничего о тебе не знает.
Ей и не нужно. Пусть

Ты умеешь хранить нелюбовью,
Путь ты боишься спать
Где-то, где крыша,
Пусть плохо, пусть больно

Её-то вовек не отнять.
Нет, тебя у неё.
Пока с липкою кровью
Её, не твоей, на губах,
Вновь с поцелуем она небрежно не бросит:
"Но я уже не люблю тебя..."

@темы: фанфы, стихи, кино, чердаки и подвалы

20:36 

Есть такой фильм, "Палёные деньги"

И я очень советую посмотреть. Но не людям, которых коробят однополые отношения. И не религиозным. И вообще, чем меньше шор, тем лучше. Наверное, я напишу о нём отдельно, а пока вот.

Анхель, тихо, я слышу твои голоса...

Анхель, тихо, я слышу твои голоса,
А ты их пулями отогнать пытаешься, глупый.
Что же ты делаешь? Я понимаю тебя,
Я понимаю, слышишь? Так сдохнуть мне теперь будет
За счастье...
Молиться? Изволь, если хочешь.
И я смеюсь - ты смеёшься, плача моими слезами.
Фляжку и боль ты обменял на мои сигареты и горечь,
Помнишь, близнец?..
Они ведь не примут, там, наверху,
Наша любовь пахнет ладаном и сортиром,
Ты стоял на коленях перед распятьем, я - перед пидором,
Знаешь? Не слушай, мой мальчик, не слушай, что я говорю.
Я обещал - будет больно, потом хорошо?
Я обещал? Ну, теперь тебе больно, больней, чем от пули.
С первым последним шрамом, кстати. Она прочитала мои.
Ты в это время, накачиваясь морфином,
Резал себе по нраву ладонную нить любви.
Я ей сказал всё, потом растоптал и вон,
Я так умею. Она жива, а ты теперь взял этот крест,
Ты голосов не слышишь, но весь мой вес,
Весь перешёл к тебе на руки, ладони гладят по голове,
Голос шепчет, ты качаешь, я сплю...

Что ты там, Анхель? Молитву шепчешь ещё?
Я уже там, приходи скорей, долго ждать не могу.


@темы: кино, стихи, фанфы, чердаки и подвалы

20:32 

Два дома и Рождество. Сказка.

Новогодний подарок для Кузины с большущей охапкой.
Дома из "Багрового Пика" и "Хребта дьявола" гран директОра.

Два дома и Рождество. Сказка

Два дома встречать Рождество не хотели одни.
Первому мучительно мёрзло было в снегу,
Второй под палящем солнцем вздыхал "не могу",
И оба, оба совсем не хотели одни встречать Рождество.

Они не были брошены, нет, но не любимы людьми.
Первый старился как ненужный хлам, осыпался и гнил,
Второй держался, но чувствовал, что лишь решёток не достаёт до тюрьмы.
И оба, оба живущими в них прокляты были не раз.

Они ведь любили своих людей, не хотели их отпускать.
Первый подскрипывал в такт колыбельке девичьей в ночи,
Второй устало зноем вздыхал, развевал тёмную чёлку - ш-ш-ш -
И оба печально смотрели, как дети растут.

Они и не думали, что станется это чудо когда -
Вот она - девочка первого, с ним, навсегда.
Вот он - мальчишка второго, всё не оставляя ружьё, в дверях.
Домам больше ждать не надо, что кто-то придёт -

От них не уйдёт никто. Это так странно - навечно их люди с ними.

Первое Рождество.
Но почему первому так тяжела любимая колыбельная под еле слышный звук шагов за окном?
Почему второму так больно от своего же порога?
И оба, оба задыхаются алой дымкой, сеящейся робко?

Два дома хотят опустеть под Рождество.
Два дома вздыхают - ужасно живым, мёртвым в вечности
Кажется, что мир рушится по чьей-то беспечности.
Но заледенелая крыша падает с глухим треском ломающейся крышки,
И сухим обжигающим водопадом песка обращается раскалённая,
Пока не остаётся одна дорога, в песок или снег,
Одна рука на дороге, того, за кем след во след можно пойти.

И оба дома обессиленно рушатся, впервые счастливы в Рождество.



@темы: стрункам, чердаки и подвалы, фанфы, стихи, кино

23:15 

Карнавальная кабарешность или кабаретный Карнавал

Вот и Басня. Спасибо тебе ещё раз, Кузина, за неё.
___________________
- Басни – это же всё неправда. – Как-то слишком тоскливо в покорности замечает сидящая на полу в шатре Люцифера девочка лет пяти.
- Хочешь быль вместо басни? – странно блестя глазами в темноте, вопрошает хозяин.
Девчонка, сжимая нитку синего воздушного шарика, доверчиво распахнула глазёнки, а Люцифер, по пути задумчиво хмурясь, опустил ресницы, откладывая Эзопа куда-то в сторону, во мрак:
- Жила некогда стая воробьёв, которые только и умели, что выклёвывать глаза. Делали это с кем ни попадя – сороками, синицами и даже вОронами; зверями и людьми. И вот никто не знает, откуда, но затесался в эту стаю соловей. Он только и умел, видишь ли, что петь. – Дьявол странно ласково усмехается куда-то себе в коготь.
- Как его ни упрекали воробьи, как ни требовали от него увечий, он так и не оказался на них способен. Разумеется, воробьям тоже выклёвывали глаза – в отместку – и скоро соловей со своими песнями казался среди кровавой ереси. Ему проткнул клювом крыло. Не отличив от воробьёв, и он лежал в траве, пока не умер. И пел.
Девочка смотрела тихо и благодарно, ещё постигая простоту неловкой оповеди. За стеной шатра раздался какой-то грохот, и девочка испуганно бросилась к Люциферу.
- Это моя мама, - едва слышно прошептала она. – Ты же меня спрячешь?

__________________________

Позади всасывающей пустотой слепил глаза свет. Он шагнул на перетёртый песок, под чёрное небо. Чёрное небо тоже дарило свет. Света было немного, повсюду темнота клубилась живыми, сбившимися в непонятном заговоре в стайки, тенями. Сквозь эти тени прорывался чей-то взгляд. Или ему только казалось так, растревоженному отсутствием на песочной, пустой и ждущей чего-то равнине прогоревшего запаха людской боли и страдания.

Люди. И тут. Он замер.

Двинуться с места заставила тень потерянного, вырванного с корнем и теперь сверкающего безупречной чистотой как свидетельством самой изощрённой пытки - лишением жизни - совсем новенького его аккордеона.

Он поднял его как умершего ребёнка поднимают - боясь сделать больно больше, чем когда-либо. Чёрное небо стало черней, дымилось болью и страхом за изуродованных их. Не в песке, вязком от крови, натёкшей с перебитой руки, было дело, нет, эта вот саванная чистота, прибранность того, что было - ты... Отрезали...

Свет бил в спину, но дыма и боли он навидался, привык. Взгляд улыбался откуда-то от теней, когда ремни аккордеона безжизненно легли на плечи.

И вдруг обняли. Дружески, крепко, а один перетёрт малость. Прибранность слетала дешёвым конфетти, открывая настоящее, на которое только бы решиться.

Взгляд прожигал руку, напряжённый, и когда в тишине пыльно-кровавой зазвучала мелодия, когда дымное больное небо нахмурилось боли, свет пропал. Но взгляд забыл торжество и смех, потому что его встретила улыбка, широкая, детская, немыслимая тут и в исчезнувшем свете. Совсем свободная и добрая, перед которой боль бессильна, не отступая.

Все слова и планы рухнули. Или выстроились? За мелодией из пеплового песка вырастали корёженные железки каруселей и заклинивающие через раз колёса обозрения засыпали аккордеониста в трауре этим песком. Он шёл среди печального железного лязганья, под хлопки рваных тентов и полотен плохо закреплённых палаток. Его можно было найти по следам - кровавым тёплым каплям среди потерянности вырастающего вокруг Карнавала или по отчаянной мелодии, уводившей куда-то к открывающемуся и здесь горизонту.

Взгляд застыл, провожая. Всё так, как надо - он будет играть. И, играя, говорить со всеми, кто так ждал от него славы и доблести.
Умирать, не умирая, объяснять тем, кто не слышит. Но играть.

Из песка под неведомым светом ночного бессолнечного неба вырастали железные лианы, сплетаясь где-то сверху, они распускались зеркально-черными цветами. Едва распустившись, цветы стыли в металлической неподвижности, некоторые опадали, оставляя по себе стальные копья решёток и заборов, увитых умирающими ржавыми плющами цепей. Кое-где сгнившими отяжелевшими фруктами висели замки.

Невидимый шелестящий дождь мягко перебирал полотнища палаток и тентов, по которым всползали потрёпанные уже где-то краски. Край хлестнул идущего по лицу, оставляя цветной поцелуй. Он не заметил, поцелуй Карнавала поплыл от пота и слёз, а по набрякшему красным песку, по его следу, из темноты выходили тени.

Они шли за мелодией аккордеона вовсе не как крысы за гамельтонской дудочкой, они болели вместе с ним и с ним глохли от близких разрывов и стрёкотов, совсем здесь слившихся с хлопаньем парусины. Им было больно смотреть на тусклые краски Карнавала, словно вся разорванность внезапного конца светилась в них.

...За плечом Люцифера раздался деликатный кашель:
- Прикажете утвердить правила?... Ну должен же кто-то следить за порядком в этом бардаке.












запись создана: 29.12.2015 в 23:19

@темы: чердаки и подвалы, фанфы, размышлизмы, музыка, кино

23:19 

Слушай, мой маленький мотылёк

Песня. Пока без мелодии, но, надеюсь, оживёт.

Слушай, мой маленький мотылёк

Слушай, девочка, слушай, мой маленький мотылёк,
Этот скрип, трепыхание маленьких беззащитных крыл,
Стереги любовь, которую он не отрыл ещё
В моих кровоглинных топких гротах могил.

Мои зубы в миллиметре от твоей любви.
Твои губы в миллиметре от его кожи.
Я тебе нравлюсь, девочка? Твой корсет
Скроен из моей тьмы. Ты в нём дышать-то можешь?

Тьма по моим углам - в ваших глазах,
Дыры во мне - издевательство вам обоим.
Ты ведь разобралась, какая - куда?
След на снегу заведёт, а туман укроет,

Пока не поймёте, что без пути
В этом тумане кружить бесконечно можно...
Девочка, не уходи, мне так страшно с ним.
Кажется, пыль мою он вдохнуть всю может.

Девочка, не бросай, - он меня сгрызёт
Хуже червей, хуже снега облединит чрево,
Он по снегам кровавым за мной придёт.
После. Пока он уснул в твоей колыбели.

Слушай, девочка, слушай, мой маленький мотылёк,
Этот скрип, трепыхание маленьких беззащитных крыл,
Стереги любовь, которую он не отрыл ещё
В моих кровоглинных топких гротах могил.


@темы: глаза в глаза, кино, музыка, стихи, струнки, фанфы, чердаки и подвалы

20:07 

Дождь в Эльдорадо прекратился

Вот. Меня накрыло и под песню о злате из "Узника замка Иф" написалось такое вот нечто. Песенка хороша, вот такая - вальсик спокойный.
песня.

Вообще это должен быть клип, просто я не умею сделать, а написать написала.



Дождь в Эльдорадо прекратился

Небеса Эльдорадо обычно плакали подолгу, когда подходило время. Но никогда ещё они не плакали так долго. Поля заливало, заливало осунувшиеся, обеспокоенные лица жителей, их жёсткие, привычные служить защитой и от дождя, и от солнца волосы странно смотрелись намокшими. Впрочем, жителей на улицах становилось с каждым днём меньше - на вылизанных дождём плитах можно было запросто поскользнуться и захлебнуться в реке, вздувшейся, страшно напоминающей Шибальбу.

читать дальше

@темы: The Road to El Dorado, фанфы, чердаки и подвалы

21:48 

Вчера был день с тремя стихами

Во-первых, я досмотрела "О, счастливчик!" И я не могу ничего сказать внятного, кроме рассуждений о том, что психотерапия удалась, Андерсен меткий ироник даже в своей человечности, и там действительно очень если не страшно, то безвоздушно к концу становится. Вспоминается стена в зачёркнутых "неделях", привычка Тигра к фоткам на стенах, страх, переходящий в огонь и невозможность не посмотреть на рассвет. Видите, непутица какая? Но на следующий день вспомнились тигры мне и не смогла я не продолжить их историю. Всё на туже придуманную мелодийку напелось вот что:

Снова тигры

Был такой мультик, "Дорога на Эльдорадо". В выходные, кажется, наткнулась я на дичайше грустить меня заставляющий момент его, вот этот, а вчера и стих получился к той песне.

Не прощаются

А это вообще странность. Увидела я вот этот фрагментик Besame близняшкиного, глаза его увидела и получилась она. Вот и они, близняшка и странность.

Можно?

@темы: The Road to El Dorado, us two, видео, кино, музыка, стихи, фанфы, чердаки и подвалы

22:16 

Бессвязное думанье

Хочу что-то написать по "апельсину". Понятия не имею, что, то ли какую-то прогулку ночную по зиме тамошней (там не было ничего, кроме зимы, кстати), то ли движение навстречу той несчастной. Но писать не буду, а то Сашеньку обойти не удастся, а я не хочу его трогать.

На меня странно действует роман про Михася. Фырчу на стилистику и сижу в той ночи, и югом тот Пятигорск даже не пахнет, вот, это - склеп величиной больше, чем в город. И при том заплетается паутинка кругом. Не страшно и хорошо, вот почитаю дальше, что-то будет.

Вспомнилась давнишняя задумка написать тоже о Михасе, опосредовано, большую такую вещь, с братом и морем, нет, морями пафоса и неразделённых попыток любовей, приводящих к нужным дорогам. а начиналась эта история с мысли одной из моих однокурсниц.

Мне понравилась забавная история. Макдауэлл в 1969 году, после выхода "If...." уехав в штаты, получил приглашение из своей школы гостем быть на дне открытых дверей. Вылетел сей же миг. Прекрасно помня сие заведение, не любимое всеми фибрами души, и в частности, длиннющие скучные речи местных "властелинов" на всевозможных мероприятиях, приехал, вышел, сообщил, что "считает день открытых дверей открытым" и сел. Замечательный подарок - минус одна речь, плюс час жизни.

@темы: книги, фанфы, чердаки и подвалы

Его Величество Случай

главная